| главная | ссылки | контакты | гостевая | ENGLISH | FRANÇAIS


Marlene Dietrich
содержание

Она согласилась записать на пленку приветствие участникам церемонии. Приветствие должны были прокрутить в театре Елисейских Полей одновременно с роликом, на котором был снят ее прощальный концерт в том же театре, состоявшийся в 1965 г. Миттеран, возможно без злого умысла, объявил, что Марлен живет «буквально через дорогу» от театра и что она впервые за десять лет согласилась «нарушить свое молчание». На следующий день дом на авеню Монтень был осажден журналистами и фотографами.

— Но во время той церемонии были использованы очень красивые фотографии, — сказал я.

— Ни за что! — возмутилась Марлен. — Я пришлю для твоей книги несколько собственных фотографий. Я знаю, что тебе можно доверять. Ты не выпустишь их из рук. За свою жизнь я научилась разбираться в людях и могу сразу же сказать, искренен человек или нет. Я пришлю тебе одну фотографию, а ты скажешь, что о ней думаешь. Потом, может быть, я пришлю тебе еще несколько. Позвони и расскажи, что тебе нужно, а я решу, какие из моих снимков подойдут для твоей книги. Будет гораздо лучше, если все фотографии выберу я сама, а не твой издатель. Они никогда не могут сделать что-нибудь правильно... Первую фотографию я получил через несколько дней. Она была сделана в 1934 г. На Марлен были шляпа и пятнистый шарф. Она облокотилась на нечто, напоминающее радиатор. Я не знал имени фотографа, хотя на обороте стоял штамп «Коллекции Кобал». Это меня очень удивило, потому что я знал, что Марлен ненавидит коллекционеров. Позднее она прислала мне фотографию, которой я никогда не видел. Ее предполагалось использовать на четвертой стороне обложки. Марлен прислала вместе с фотографией строгую инструкцию, чтобы я «затемнил сигарету с помощью чернил». Я спросил у Марлен, бросила ли она курить, добавив:

— Я помню тебя в фильме «На небе нет шоссе». Там ты курила одну сигарету за другой. В каждой новой сцене ты зажигала очередную сигарету.

— Это так. Я дымила, как паровоз. Иногда выкуривала по три пачки в день. Я бросила курить, побившись об заклад с Ноэлем Кауардом. Он сказал, что я и года не выдержу, но бросить курить оказалось очень легко. Ты говорил мне, что выкуриваешь по пятьдесят сигарет в день. Пообещай мне, что бросишь, если не для себя, то хотя бы ради жены. Подумай, насколько твое курение вредно для ее астмы! Тебе нужна только сила воли, а я уверена, что сила воли у тебя есть! В тот же день я выбросил свои сигареты и больше никогда не курил.

— А теперь о фотографиях, — продолжала Марлен. — Может быть, ты и откажешься от той, что я тебе прислала. Больше я не пришлю тебе ни одной фотографии с сигаретой. Мне нужно еще раз подумать о том, какие снимки включить в твою книгу. Есть одна фотография, на которой я целую Пиаф, я говорила тебе о ней. И еще одна, сделанная в Польше. Еще мне хочется включить снимок с Цибульским и с солдатом, о котором ты писал. Не нужно включать кадров из моих фильмов. Ну, может быть, одну с Джимми Стюартом, с Габеном и ту, что тебе нравится, из «Зарубежного романа», но только без Джин Артур... И ни в коем случае не включай снимков, сделанных в Германии, в Саут-порте и во время этих кошмарных телевизионных шоу... Фотографии прибыли все сразу: небольшая, подписанная Кристой Фогль, сделанная в Варшаве в 1966 г., снимок, где Марлен в знаменитой униформе инспектора манежа, фотография с Джуди Гарланд и та, на которой Марлен изображает «шлюху». Были в пакете и большие цветные снимки Марлен, раскинувшейся в кресле.

— Я сидела в этом кресле, — объяснила Марлен, — когда впервые разговаривала с тобой по телефону. Я подумала, что было бы неплохо поместить ее на обложку твоей книги, не правда ли? Я не смогла найти фотографии Цибульского, хотя долго искала. Поэтому тебе придется раздобыть ее самостоятельно... Марлен несколько раз упоминала имя этого человека, но каждый раз, когда я просил ее рассказать о нем подробнее, резко умолкала. Я начал подозревать, что здесь все не так просто. Збигнев Цибульский был знаменитым польским актером, прославившимся в картине «Пепел и алмаз». О нем упоминается в автобиографии Марлен. Джон Бэрримор, с которым впоследствии сравнивали Цибульского, считал Збигнева «чемпионом по всем статьям», Марлен скрыла свои подлинные чувства к Цибульскому от читателей, оставив их считать, что их дружба была чисто профессиональной: «В определенный период мой жизни я искренне полагала, что удача улыбнулась мне. Тогда мне предложили сделать фильм с моим другом, польским актером Цибульским. Это лицо невозможно забыть, стоит лишь раз его увидеть. Он был единственным из знакомых мне мужчин, кто мог выбить пробку из бутылки водки, просто ударив ладонью по дну. И он делал это очень часто, поскольку за нашим столом бутылок было очень много. Гости были в восторге. Цибульского запомнят навсегда, чего нельзя сказать о подавляющем большинстве актеров, которых я знала...» В начале 1990 г. певица и актриса Жаклин Данно попросила мне помочь ей в устройстве выставки к столетию генерала де Голля. Я предложил ей материалы и записи голосов нескольких актрис, которые рассказывали о действиях Британии и Америки в годы войны. Среди этих актрис были Джейн Фроман, Грейс Филдз и Вера Линн. Выставка Жаклин пользовалась такой популярностью во Франции, что ее пригласили привезти экспозицию в Варшаву. Я попросил Жаклин, когда она будет в Польше, разузнать побольше о Цибульском.