| главная | ссылки | контакты | гостевая | ENGLISH | FRANÇAIS

кошачий наполнитель силикагелевый


Одиночество актера на длинной дистанции

Весьма эстетский журнал «Кайе дю Синема» под заголовком «Тайна Делона» опубликовал впервые за сорок лет большую беседу с ним, подчеркивая, что они никогда не пересекались. Не откликнуться на его ретроспективу и Синематеке этот журнал все же не мог.

— Похоже, что в результате своей ретроспективы в Синематеке вам удастся примирить разных людей.

А. Делон. Цель заключалась не в этом. Разве что не ставила такую цель сама Синематека. Но не думаю. Кстати, я не просил их ни о чем. И подчеркиваю, что это воздание дани моей карьере, а не мне лично. Меня столько раз упрекали за то, что я говорю в третьем лице! Тут я подчеркиваю «меня» (смеется). Еще одна глупость журналистов! В те времена, когда я был продюсером, актером и режиссером, мне случалось удобства ради называть просто Бельмондо, Делон или Трентиньян... Для того, чтобы не смешивать с другими. Я, стало быть, подчеркиваю, что речь идет о дани уважения моей карьере. А этой карьерой я горжусь. Я даже считаю ее почти исключительной, ибо в ней есть десяток классических фильмов. Помимо Брандо много ли вы еще найдете таких актеров, у кого в активе столько, как вы говорите, «классики»?

— Не появилось ли у вас желание примириться с самим собой и с вашей историей ?

— Мне совсем неплохо с самим собой.

— С вашим "имиджем», как говорят сегодня?

— Я считаю себя актером, а не лицедеем. Такими же были Габен и Ланкастер... В этом нет ничего уничижительного для всех лицедеев. Я же просто ввалился в кино. Я вполне мог бы заняться спортом или чем-то другим.

— Стать, например, хозяином, гаража, как в «Нашей истории»...

— Точно! Поэтому я как раз и утверждаю, что именно работа определяет суть человека. Или служит его отражением. Но я потерял нить нашего разговора...

— Я вас спрашивал, не служит ли ретроспекция в Синематеке вашему примирению с самим собой...

— Независимо от того, хороший я или плохой актер, я всегда был верен выбранному пути. Известно, что я не льстец. Я знавал немало актеров и режиссеров, ставших куртизанами. Даже Мельвиль не мог подчас удержаться от лести тому или другому журналисту. Вспоминаю разговор Мельвиля с одним из них в «Максиме»: «Вы написали потрясающую статью четыре года назад о Габене, голубчик». У журналиста вытянулось лицо (смеется). Я говорил Жан-Пьеру: «Как вы могли так поступить?» И он как-то выпутывался с ответом... Стало быть, я живу в ладу с самим собой. Можно говорить как угодно обо мне как о человеке, но я не терплю несправедливости в отношении актера. Не помню уж, по поводу какого фильма Жан-Луи Бори (талантливый критик, Бори покончил с собой в 1979 году.) написал, что «Делон держит револьвер, как зубную щетку». Он мог что угодно написать обо мне, но только не это (смеется)! Ну, что ему не понравился фильм, моя игра как актера, но написать такое... Это было смешно и не возвышало его... Критиковать — да, но быть справедливым. Другой журналист в нервном запале восклицал: «Делона нет во французском кино!» Я же считаю, что занимаю место во французском кино! Оно даже существует помимо меня. Вот я и нервничаю, говоря журналистам: вы можете меня убить,

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
страницы
1 2 3 4 5 6 7 8